ИнформПартнеры

День рождения

Валере было скучно. Он сидел на скамеечке под стенкой, болтал ногами и вместе с дружком Ашотом корчил рожицы ребятам, которые репетировали новогодний утренник. Вообще-то Валера тоже должен был выступать в том концерте, но у него уже третий день болело горло, мама даже дома хотела его оставить из-за этого. Но оставаться один он не захотел, у самой же Ольги Дмитриевны были контрольные в старших классах, а папа, Борис Владимирович, уже вторую неделю был на учениях.

Время выдалось неспокойное. В Нагорном Карабахе шла настоящая война, гибли люди, их танковую часть то и дело поднимали по тревоге и они совершали многокилометровые марши, ночевали в боевых машинах, но в бой ни с кем не вступали. В самом же Кировакане, где служил после училища капитан и где у них с Ольгой родился сын, было относительно спокойно. Большой город с крупными заводами, театром и музеем, горноклиматическим курортом, он сразу понравился им и вскоре, устроившись в новой квартире, они пригласили в гости Ольгиных родителей. Было это тоже в декабре, ее отцу, Дмитрию Константиновичу, руководителю одного из крупных учреждений в Донецке, в отпуск удавалось выбраться только зимой. Он и сейчас должен был приехать, да выпала зарубежная командировка. Армению пришлось отложить. А Валера с нетерпением ждал дедушку и сейчас, вспомнив о нем, даже кривляться перестал.

Его размышления прервал какой-то странный гул.

- Ура! Танки идут! - сорвался с места пацаненок и побежал к окну. За ним подхватились и остальные - у многих, как и у Валеры, родители служили в армии. Но это были не танки…

Никто не заметил, как вдруг побледнела и засуетилась воспитательница, как, выскочив из-за пианино, растерянно заметалась по залу молоденькая аккомпаниаторша. Прямо у них на глазах стал двигаться воздух, раздался оглушительный грохот и страшный треск.

- Ребята, всем - быстренько вниз! - наконец, овладев собой, распорядилась Сильва Аванесовна. - Мальчики помогают девочкам, быстро идем, скорее! - торопила она.

Еще не осознав, что происходит, малыши послушно затопали по лестнице. Из других групп взрослые тоже выводили детей на улицу. А вокруг трещали и лопались стены, не прекращался странный гул. Оказавшись на морозном воздухе, Валерка аж задохнулся от холода и зажмурился от ослепительного блеска снега, покрывшего горы, которые почему-то прыгали перед глазами, словно живые. И вдруг его молнией пронзила страшная мысль: “Куртка!” Там, в узком шкафчике на втором этаже, осталась новенькая коричневая куртка на кнопках, недавно подаренная дедушкой на день рождения!

Расталкивая спешащих навстречу и орущих от страха детей, Валера побежал назад. Никто его не останавливал, взрослые просто не замечали мальчишку. А он, как показалось тогда, пулей взлетел вверх по лестнице, распахнул шкафчик и, бережно прижав к себе куртку, снова бросился к выходу. Он еще успел отбежать от двери метров на пять в сторону, где, испуганно прижавшись к воспитательнице, с ужасом наблюдали за происходящим его друзья. И в это время их красивый, с яркими картинками на стенах двухэтажный детский сад из железобетонных панелей начал оседать и складываться, как в замедленном кино, и вскоре стал одноэтажным. Полностью он рассыпался через два дня, потому что, как говорили потом взрослые, был построен “на халяву”. А в день землетрясения под руинами осталось двенадцать человек - девять детей, воспитательница и две нянечки из самой отдаленной группы, не успевшие спуститься по лестнице.

Ольга Дмитриевна заканчивала контрольную в своем 10-Б. Она давно привязалась к своим ребятам, а в классе был полный интернационал: армяне. русские, грузины, несколько украинцев, казашка и молдаванин, и они тоже платили ей такой же любовью и даже математику, многими нелюбимую, учили лучше, чем другие. Потому и согласились недавно, когда она заметила, что в помещении дышать нечем - не только окна, а даже форточки в них были заколочены на зиму гвоздями, - вынуть эти самые гвозди и периодически проветривать. Будто кто-то извне подсказал ей сделать это. Потом неожиданно начался этот непонятный гул и страшный грохот, задрожала земля, и Ольге показалось, что начали раскалывать горы. Откуда было ей, выросшей в донецкой степи, знать, что это началось землетрясение, одно из самых разрушительных в конце минувшего столетия?

- Спасайтесь, война началась! - раздался чей-то голос. Ребята распахнули окна и, подсаживая друг друга, стали прыгать из них и ложиться на землю ногами в сторону гор, обхватив голову руками. Они тоже не сообразили, что произошло, думали, что началась ядерная война, поэтому действовали так, как учили на уроках гражданской обороны. Ольга Дмитриевна тоже начала помогать ребятам выбираться из класса, а когда раздался угрожающий треск, растерялась, не зная, что спасать - классный журнал или сумку с тетрадями. Так, с сумкой, она и выскочила в окно. Но ослепительной вспышки все не было, а школа, их родная десятилетка, спустя мгновения рухнула, в одночасье похоронив всех, кто замешкался. И никто уже не в силах был им помочь, да и не было там силы, способной остановить землетрясение. Земля продолжала содрогаться, рушились дома и горы, в городе начались пожары и паника. Все куда-то бежали, что-то кричали с перекошенными, заплаканными лицами и, казалось, не слушали и не понимали друг друга.

Наскоро пересчитав детей и убедившись, что ее класс - все до единого! - спасся, Ольга Дмитриевна велела им идти по домам, а сама побежала в садик, где оставался ее Валерка. Садик был далеко, почти в противоположном конце города, она обычно отвозила сына автобусом и потом ехала в школу. Теперь же город мгновенно превратился в руины, горел, стонал и кричал, метался, как безумный. Она и сама плохо понимала, где она и что происходит, ее подгоняла одна лишь мысль - только бы успеть, только бы спасти свою кровиночку. В одном месте Ольга едва не влетела в кучу кирпича, дерева и стекла, еще недавно бывшую каким-то магазином, напротив из разорванной трубы бил мощный фонтан воды, хрустальными сосульками сверкая на солнце, искрили провода, нелепо висела, зацепившись за перила балкона, чья-то кровать, а из-под руин раздавались душераздирающие стоны. Наконец, появились первые спасатели, это были оставшиеся в городе воины, замигали, воя сиренами, рафики “скорой помощи”. Задыхаясь от горя и слез, Ольга переходила на шаг и снова пыталась бежать, не замечая ни дороги, ни людей. Не услышала она, как сзади скрипнули тормоза, рядом остановилась старенькая “Волга” и кто-то окликнул ее. Высунувшись из салона, пожилой армянин нажал на сигнал и снова позвал:

- Дочка, куда тебе?

- Туда, к сыну! - махнула она рукой вперед и плюхнулась к нему на переднее сиденье.

- Поехали, родная! - сквозь слезы проговорил он, - может, хоть твоего спасем, а у меня вся семья погибла, один вот остался, - и горькая гримаса застыла у него на лице.

Увы, на месте садика лежала гора панелей, не было ни души, зато кто-то успел уже опечатать дверь - наклеил поперек белую полосочку бумаги. Куда теперь? Узнав, что Ольга - жена военного, старик молча развернулся и повез ее в часть. Там и встретили они комбата, который на двух ЗИЛах ездил по разрушенному Кировакану и собирал семьи своих подчиненных. Узнав, что пропал Валерка, майор молча посадил Ольгу в кабину, сам сел за руль и вскоре они снова были возле садика. Комбат сорвал бумажку, согнувшись, вошел в руины и - о счастье! - на полу увидел тетрадный листик с несколькими словами. Потом Ольга запомнила эти слова на всю жизнь: “Валера у Сильвы Аванесовны…” и адрес.

В тот же день в республике объявили чрезвычайное положение, танкисты возвратились в Кировакан и начали разбирать завалы, пытаясь спасти тех, кто мог уцелеть. Шестнадцатиэтажный дом, в котором жили Ольга и Борис с сыном, хотя и немного покосился, кое-где даже плиты разошлись, все же выстоял. В нем они продолжали находиться до самой эвакуации. Потом Ольга и Валерка уехали в Донецк к ее родителям, а капитан еще больше года оставался там.

Сейчас они в Подмосковье. Борис Владимирович закончил академию и продолжает служить, он подполковник. Ольга Дмитриевна все так же учит математике ребятишек. Вырос, возмужал Валера. Его бывшая воспитательница Сильва Аванесовна едва ли узнала бы в этом высоком и красивом студенте своего непоседу-озорника. И каждый год в этот декабрьский день семья обязательно собирается вместе, чтобы как однажды сказал папа, отметить их общий день рождения.

А тот давний дедушкин подарок - коричневую детскую куртку на кнопках - Валера хранит в своем гардеробе до сих пор…

Предыдущие статьи сайта
Последние статьи
© Портал Анет.Донецк.Украина
Карта сайта
Письма в редакцию - andsale@hotmail.com