ИнформПартнеры

Песенный Есенин

Бушующий май, хмель яблонь в цвету, голубизна чистого весеннего неба - все, что так страстно любил, он воплотил в своих песнях. Торопясь воздать хвалу жизни, словно предчувствуя скупость судьбы, отмерявшей ему всего 42 года (даже виски не запорошила), он не жалел души и красок. 22 мая нашему незабвенному земляку, композитору-песеннику Евгению Мартынову исполнилось бы только 56 лет. Сколько бы он написал еще прекрасных песен… Но и тех, что он создал и спел за свою короткую жизнь, с лихвой хватит нам еще на долгие-долгие годы, а может, и целые века. Ведь песни его вне времени, моды, политических и социальных прорывов и перемен. Они не старятся, потому что написаны сердцем.

Довольно часто бывая в Донецкой музыкальной академии, я как-то мало задумывалась над тем, что там работают люди, которые когда-то учился с Евгением Мартыновым. И то, что профессор Т.И.Киреева, с которой сотрудничаю по долгу службы много лет, однокурсница Евгения Мартынова, узнала чисто случайно. Татьяна Ивановна никогда не афишировала этой дружбы. И это интервью, которое она давала с таким трепетом и волнением, по сути, эксклюзивное. До этого, как сама призналась, на эту тему она не говорила ни с одним журналистом.

- Женя был необыкновенно веселым, светлым человеком, - начала свой рассказ моя собеседница. - И как друг, и как музыкант он был удивительным. От него всегда исходили жизнелюбие и радость. Он щедро одаривал своими солнечными лучиками каждого в отдельности и всю нашу студенческую братию. Никогда не унывал. Когда приходил в консерваторию или общежитие, всегда шутил и смеялся. Там, где был Женя, всегда были веселье, смех и, конечно же, песня. Мы поражались его находчивости, он умел расшевелить любого. Обычно садился за рояль играл, а потом начинал петь.

- Татьяна Ивановна, вы помните первую встречу с Евгением Мартыновым?

- Конечно. Это был обычный, а может, и необычный по своей значимости осенний день, тогда я этого еще не сознавала. Шел 1967 год. Студенческая аудитория. Лекция первокурсников. Этот парень привлек к себе внимание своими шутками. Когда все уставали от лекции, он постоянно находил что-то смешное, чтобы расшевелить, доставить приятные минуты и однокурсникам, и педагогам. Шутки его были добрыми, без зла и яда. Педагоги не только не упрекали Женю за подобные шалости, а даже, как мне казалось, молчаливо поощряли такие разрядки.

- Обычно, так позволяют себя вести лишь уверенные в себе студенты-острословы?

- Нет, он не был блестящим оратором, самонадеянным лидером-организатором. Занимался старательно, но в отличниках не числился. Был истинным музыкантом. Это было дано ему от природы, от Бога. Больше всего на свете он любил песни. Естественно, ему хотелось, чтобы его слушали. Порой ему говорили: “Женя, ты замечательный кларнетист, как ты дальше собираешься строить свою жизнь, будущее?” Он отвечал: “Я никогда не буду оркестрантом”. А играл он на кларнете замечательно. Был лауреатом международного конкурса. Многие тогда думали, что Мартынов найдет себя в каком-то большом столичном оркестре - оперном, симфоническом.

Но его манила песня. Она и стала основой его жизни. Ведь песни он начал сочинять еще тогда, когда учился в музыкальном училище. Нередко он просил сочинить для его песен стихи.

- Вы тоже были автором стихов?

- Да. Однажды он попросил написать стихи на темы: “Комсомол Донбасса” и “О родине”. В Донецке тогда проходил фестиваль комсомольской песни. Мы взялись за дело с Лилей Жидель. Стихи о комсомоле не особенно удались, а вот вторая - “Песня о Родине” - легла на душу. Песни-баллады получили первый приз. Потом “Песню о Родине” переделал Андрей Дементьев. Именно с этой песней Мартынову пришло признание на Всесоюзном конкурсе исполнителей в Минске. Это было лето 1973 года. Потом были гран-при фестиваля “Братиславская лира”, “Золотой Орфей-76″.

- Вы были дружны с ним?

- У нас были очень теплые отношения. Он часто приходил в мой класс. Иногда слушал, как я играла. Любил слушать Шопена, Бетховена, Моцарта. В его концертном репертуаре тоже было несколько фортепианных пьес, но главное для него все же была песня. Он торопился жить, наверное, предчувствовал свой недолгий век. Потому и консерваторию окончил на год раньше, сдав экстерном экзамены за пятый курс. Старался как можно быстрее стать на ноги. Семья Жени жила очень скромно. Отец - учитель музыки, мама - секретарь-машинистка. Он понимал, что вслед за ним родителям надо дать музыкальное образование младшему сыну Юре. И как любящий сын считал своим долгом помочь им в этом. Он был удивительно добрым и тонким по натуре человеком. Чтобы не надрывать и не ущемлять семью в и без того скудных средствах, Женя оставил Киевскую консерваторию, куда поступил вначале, и поступил в Донецкую, чтобы быть ближе к дому. Столичная жизнь была ему не по средствам. А тут можно было обойтись маминым “тормозком”, привезенным из Артемовска.

- Как относился Мартынов к учебе?

- Женя был творчески и эмоционально богатым человеком. Он мог заниматься на инструменте и по 2-3 часа, и по 5-6 часов кряду. Играл столько, сколько необходимо, не щадил себя. Ему было мало 24 часов в сутки: сочинял, давал концерты, подрабатывал, успевал все читать. А по вечерам мы бегали в театр или филармонию.

- Вы были молоды и, возможно, рождались какие-то чувства…

- Было бы неправдой с моей стороны сказать, что Женя ухаживал за мной. Но он как-то выделял меня, относился с особой теплотой и симпатией. Когда на втором курсе за мной начал ухаживать мой будущий муж, Георгий Киреев, мои поклонники, в том числе и Женя, поняли, что тут им делать нечего. Вскоре мы поженились. Женя стал другом нашей семьи. Он был замечательным собеседником и самым желанным в нашем доме гостем. Приходил к нам на огонек в общежитие, где у нас была комната, позже, когда мы получили квартиру, приезжал из Москвы. Первым, кому показывал свои песни, - были мы. Эту привязанность и дружбу мы сохранили навсегда.

- Вы, наверное, в курсе, как Мартынов завоевывал Москву?

- Да, безусловно, и поддерживали его. Да и я сама училась в аспирантуре Московской консерватории. Так что виделись, я была в курсе всех его дел. Конечно, как и всякому талантливому провинциалу, ему пришлось очень трудно. Но Мартынов был волевым человеком. Никогда не жаловался, хотя ночевал долгое время на Курском вокзале. Чтобы получить всесоюзную известность, одержать победы на престижных конкурсах, нужно было выдержать не только колоссальное напряжение, но конкуренцию и зависть - непременные атрибуты любого артиста. О пережитом, его проблемах мы узнавали уже позже, когда все более-менее налаживалось. Женя же постоянно утверждал, что у него все хорошо. Среди тех, кто поддержал Женю в Москве, были Майя Кристалинская и Иосиф Кобзон. Тихон Хренников, тогдашний председатель Союза композиторов, ходил просить у мэра Москвы квартиру для Евгения Мартынова. Его долго не принимали в Союз композиторов CCCР, хотя песни, которые он сочинял, завоевали всенародную популярность. Старые мастера не принимали песенное сочинительство Мартынова всерьез. И потом у него не было композиторского образования - козырь, которым апеллировали его оппоненты-противники. Это задевало, беспокоило, добавляло сердечной боли. Но молодой композитор не сдавался. Он работал, не щадя себя. Так, как он пел свои песни, не может исполнить даже самый именитый вокалист. В каждый звук переливал самого себя, без остатка выплескивал душу. Он жил песней, а она жила в нем. Те чувства, которые бы не посмел вслух выразить словами, Евгений Мартынов воплощал в музыке. Членом Союза композиторов он стал за шесть лет до смерти.

- Не изменила ли его популярность?

- В наших отношениях ничего не изменилось. Мы по-прежнему часто звонили друг другу. А вот внешне Женя заметно изменился - стал красиво одеваться, очень любил белое и голубое, то, чего не мог позволить себе в нашем индустриальном городе. Эти цвета очень шли к его белокурым волосам и голубым глазам. На его лице всегда играла добрая, широкая улыбка. А еще - ямочка на подбородке. У него были удивительно лучистые глаза. Они сразу располагали к себе. Улыбкой Женя был похож на маму, а свою музыкальность унаследовал от папы. Младший Юра похож больше на отца.

- Какая из встреч с ним вам запомнилась больше всего?

- Однажды я ехала после концерта из Москвы, там мы выступали с Сережей Радченко. Среди пассажиров вагона, заметила огромный чемодан, за которым не было видно хозяина. И вот этот огромный чемодан появляется в нашем купе. Поднимаю глаза - Женя! Он ехал после своего победного концерта в Болгарии. “Что везешь?” - спросила. “Подарки своим в Артемовск”, - ответил нежданный попутчик. Надо сказать, что Женя очень трогательно относился к своей семье. Он помог младшему брату перебраться в Московскую консерваторию, считая его талантливее себя. Юра в с вою очередь обожал старшего брата, восторгался его талантом. Это была взаимная любовь, о которой расскажет в посмертной книге о своем брате “Лебединая верность” член Союза композиторов России Юрий Мартынов. А отметили мы тогда свою встречу в ресторане, куда нас пригласил Женя.

В память об этой встрече он подарил мне пластинку со своим автографом. А в конце указал номер поезда, вагона и место. Вот только дату забыл поставить. На маленьком виниловом диске мои любимые песни - “Яблони в цвету”, “Лебединая верность”. Слушаю порой их и вспоминаю счастливое время нашей молодости. Память - удивительная вещь, она как машина времени возвращает нас в прошлое…

- Когда вы узнали о его смерти?

- Как и все, из программы “Время”. Это был шок, мы не могли этому поверить. Это была первая для нас горькая потеря. Она буквально ошеломила нас. Потом пошли папа, бабушка… Через восемь лет умер мой муж. Он тоже ушел из жизни внезапно, как и Женя. Мы пришли домой после концерта, посвященного 60-летию филармонии, а через день его не стало. Умер во сне.

- Говорят, Евгений Мартынов не был счастлив в браке?

- Мне трудно об этом судить, хотя и была в курсе его личных дел. Он долго не женился. Иногда говорил: “Знаешь, никак не могу встретить свою девушку” или “Какую мне выбрать жену, как ты считаешь?”. Потом встретил Элину, девушку из Киева. Как-то признался: “Всю жизнь мечтал жениться на певице, а пришлось все-таки на пианистке”. Конечно, Женя любил свою жену. Но жизнь есть жизнь. Она складывается не только из счастья и радости, но и горчит порядком. Да, были разговоры о том, что у них не все ладится. Но я не могу и не хочу об этом судить. Продолжением Жени стал его сын Сергей. Сейчас ему уже 20 лет. Думается, назвал он его так в честь Сергея Есенина, ведь Женю нередко называли песенным Есениным.

Предыдущие статьи сайта
Последние статьи
© Портал Анет.Донецк.Украина
Карта сайта
Письма в редакцию - andsale@hotmail.com